В период с августа по декабрь 2016 года производится полное обновление сайта.

Там, где плетут кувшины

 

Шебика, заброшенная берберская деревня, укрывшаяся на склонах Атласа, напоминала полуразрушенный памятник каких-то неведомых времен, созданный руками неизвестных людей для неизвестных и уже мифически далеких мужчин, женщин, детей.

Внутренние помещения домов сливались воедино с изгибами улиц, образуя большой и запутанный лабиринт коричневых стен, где могли жить лишь сухая пыль и лучи палящего солнца.

От домов остались лишь глиняные стены с узкими, выдолбленными в них отверстиями, которые, вероятно, служили окнами. Чьи-то незнакомые лица когда-то наблюдали из этих окон за пустынной дорогой, где редкие путники оставляли свои неведомые следы, которые с неизменным постоянством стирало аккуратное и пунктуальное время. Оно никогда не забывало ни о чем.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Горы Атлас, юг Туниса

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Оазис в горах Атлас

Цвет зданий сливался с землей, с сухой равниной далеко внизу, со склонами гор на закате. Чьи-то жизни некогда проходили здесь, среди камней, среди сухих складок Атласа, вблизи соленых озёр и песков Сахары. Этот край обещал уединение, так свойственное жизни берберских народов. Некоторые из них прятались внутри пологих холмов, строя свои дома-пещеры под землей, как в Матмате, а кто-то поднимался высоко в горы, к оазисам, и создавал деревни из глины. В поисках уединения берберы уходили в каменистую пустыню, в сухие, необитаемые земли. Суровые условия жизни не были препятствием для этих людей, они старались сохранить свои традиции, уберечь их от разрушительной силы современных влияний.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Шебика, заброшенная деревня в горах

Жизнь не становилась проще, еду и воду по-прежнему приходилось добывать тяжелым трудом, усилиями, которых эти люди никогда не боялись. Из простейших материалов они строили примитивные дома, возводили на краю деревни белые марабуты. Спасаясь от жары, они носили тяжелые шерстяные накидки темно-вишневого цвета; ставили по краям неровных улиц глиняные вазы с сухими ростками пальм; рисовали изображения рыб и ладоней над входом в дома; наносили хной татуировки на лица.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Изображения-обереги на стенах домов: рыба, «камса» - рука. Матмата, Тунис

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Берберская женщина

Берберы, жившие ближе к пустыне, устанавливали на песчаных дюнах заграждения из пальмовых веток, чтобы остановить Сахару. Пустыня из года в год стремительно двигалась и росла, неумолимо приближаясь к жилым постройкам, и первыми на ее пути были поселения берберов-отшельников. Сахара разрасталась, отвоевывая у людей и заполняя собой всё большие и большие территории. Это было похоже на медленно текущее стихийное бедствие, которому невозможно противостоять. Люди строили пальмовые заборы от наступающего на них песка, но это было так же бесполезно, как руками остановить океан.

Сегодня торговцы и старики, обитающие на склонах Атласа, рассказывают о страшном сезоне дождей в середине прошлого века, когда невероятным по силе ливнем была разрушена эта небольшая берберская деревня в горах. Крыши домов, сооруженные из пальмовых веток, и мягкие земляные стены не смогли сопротивляться дождю и погибли в стихии. Большинство жителей осталось без крова. Всё, что создавалось годами, исчезло за считанные дни. Правительство страны, вынужденное заботиться об этом народе, не стало восстанавливать разрушенную деревню, но построило рядом новый поселок, где дома были более крепкими и надежными. Новая деревня значительно отличалась от прежней: белые каменные стены, устойчивые крыши, просторные прямые улицы. Берберы, потерявшие свои жилища во время ливней, переселились в новые дома в поселке неподалеку. Бывшая деревня с тех пор пребывает в запустении.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Шебика, заброшенная деревня в горах

Старый поселок открыт для посетителей, и любой торговец из лавки за символическую плату согласится провести по нему незатейливую экскурсию. Но немногочисленные гости этих мест редко интересовались прогулками среди руин и лабиринтов, полных камней и глины.

Говорят, что в этой заброшенной деревне по сей день живут старики-берберы, потомки древних жителей Шебики. По вечерам, когда солнечные лучи теряют свою силу, они садятся у входа в разрушенные жилища и плетут из сухих пальмовых веток сосуды и кувшины для продажи проходящим мимо туристам.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Шебика, заброшенная деревня в горах

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Шебика, полуразрушенные стены домов

Неподалеку от горного оазиса и берберской деревни налажен рынок сувениров и фиников. Возможно, именно таким и должен быть настоящий сахарский рынок – посреди желтой, голой земли, на склонах гор, в блеске солнца, отражающегося на поверхности соленых озёр вдали. Сладкий запах фиников, «пальцев из света и мёда», как любят называть эти плоды, витал в воздухе, и, казалось, что даже сухая земля и желтый песок пустыни пахнут ими.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Складки Атласа, юг Туниса

Сахара была по-туристически доступна для тех, кто искал впечатлений на поверхности. Она была в причудливых розах, созданных ветром, песком и солью, которые с бешеным старанием продавали полукочевники на Шотт Эль Джериде. Она была в больших и ярких расписных колясках, идущих предсказуемыми маршрутами по аллеям оазиса в Габесе. В часовой прогулке на верблюдах по дюнам на закате. В повторяющихся вывесках «Artisanat du Sahara» на всех магазинах в Дузе. В пальмовых рощах, где тяжелыми связками на каждом дереве висели финики, обернутые желтой пленкой.

Сахара была белыми песчинками, оставшимися на ладонях от прикосновения к подоконнику в полупустом отеле в Дузе. Она была вкусом лепешек, приготовленных бедуинами в горячем песке и пепле. Она была вечным символом, оберегом – “kamsa” – синим отпечатком руки над каждой дверью. Она была фотографией кошки, найденной в углублении стены в подземном доме стодвадцатилетней Фатимы в Матмате. Она была холодным металлическим светом зарниц в ноябрьском небе по ночам. Она была видением – fata morgana – на солёном Эль Джериде, похоронившем многие караваны, и реальностью – в жестком ветре с песком, бьющем в глаза в одиноком пространстве, где негде укрыться. Она была в пустоте белых марабутов на каменистых вершинах – безмолвных хранилищах останков святых. Она была, наконец, в переплетении пальмовых веток в тех кувшинах, которые бережно и умело создавали руки стариков из Шебики.

Сахара магически заставляла забыть о времени.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Шебика, заброшенная деревня в горах

Среди связок фиников, заполнивших ряды небольшого рынка, изредка попадались открытки с видами деревни в горах и живописных водопадов в Атласе. «Chebika. Un coin de paradise» – было написано на каждой из них. «Уголок рая» с желтой пылью дорог, с блеском соли на озере, с шершавой поверхностью стен – отжившим коричневым слоем чьего-то нужного и ненужного бытия… Он сквозил здесь, этот маленький уголок рая, знойным и полным песка, но пока еще слишком слабым ветерком пустыни. Интонациями минувшего, сухим дуновением запустения он выдавал себя, набирая силу и играя в прятки с плетеными кувшинами, в которые так трудно поверить.

 

 


 

 


 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Примечание:

Атлас - горная цепь на юге Туниса
Матмата - берберское поселение на юге Туниса с домами, выдолбленными в земле
Шот эль Джерид – соленое озеро на юге Туниса
Artisanat du Sahara (фр.) – сувениры Сахары
Дуз (Douz) – город на юге Туниса, называемый также «ворота Сахары»
Kamsa («камса») – рука, ладонь (с арабск.)
Chebika. Un coin de paradise (фр.) – Шебика. Уголок рая.

 

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить